Чему мировой оборонный сектор учится у технологий ВСУ прямо сейчас: выводы Atlantic Council

Украина не выбирала участь испытательного полигона для войн и государственного управления будущего, но именно им она и стала, заявила советник Минобороны и Минцифры Украины Валерия Ионан. По ее словам, работая на стыке правительства, технологий и национальной безопасности, она поняла: кризис – это не просто разрушитель. Он также может быть жестоким, но эффективным продукт-менеджером.Как и многие страны, Украина унаследовала устаревшие системы, жесткую бюрократию, медленные процессы закупок и институциональную инерцию, которые в мирное время могли бы сохраняться десятилетиями, пишет она в материале для Atlantic Council.С февраля 2022 года украинские системы прошли стресс-тест, масштаб которого невозможно воспроизвести в симуляциях. Под экстремальным давлением неэффективные структуры быстро разрушались, а жизнеспособные эволюционировали за считанные дни.”Украина прошла путь от 7 производителей дронов до более чем 500 сегодня. Количество компаний в сфере РЭБ выросло с 2 до 200. Страна также делает успехи в производстве собственных ракет”, – заявила Ионан.Кластер Brave1 объединил фронт со стартапами и инвесторами, создав экосистему из 3000 компаний. Это позволило внедрить более 1000 проверенных решений в обход неповоротливых традиционных закупок. Ионан подчеркнула, что в условиях войны многолетние регуляторные процессы становятся уязвимостью: техника, которую закупают два года, устаревает за шесть месяцев.Разрыв между появлением угрозы и ответом государства – это не просто бюрократия, а стратегический риск. Украина закрыла его, открыв оборонный сектор для частных инноваций и упростив процедуры. Прямая связь между разработчиками и бойцами обеспечила постоянное совершенствование продукта под реальные нужды фронта.”Сотни решений на базе ИИ уже развернуты на поле боя. Это не опция, а часть основной архитектуры”, – написала Ионан.Украина продвигает концепцию “войны роботов, а не людей”. Каждая автономная система – это сохраненная жизнь, и этот расчет определяет стратегию инвестиций. В экстремальных условиях страна построила адаптивную экосистему, которую мировые державы не могли реализовать годами из-за структурных ограничений.Во-первых, бюрократия есть в каждой стране. Вопрос не в том, существует ли она, а в том, готовы ли политики менять ее, когда она перестает работать. Реальность такова, что невозможно реформировать все сразу, но всегда есть способы двигаться быстрее.Это можно сделать, приняв то, что называется “креативной бюрократией” – поиск обходных путей, тестирование альтернативных маршрутов и, в конечном счете, смелость бросать вызов и перепроектировать процессы вместо того, чтобы прятаться за ними. В сегодняшнем мире, если политики фактически не “взламывают” собственную бюрократию, она станет их самым большим стратегическим ограничением.Во-вторых, политикам нужно открывать рынки по-настоящему. Они могут сделать это, сосредоточившись на создании условий, в которых бизнес может конкурировать, расти и масштабироваться. Роль государства заключается не в том, чтобы выбирать победителей, а в том, чтобы создать среду, где множество компаний могут появляться, экспериментировать и конкурировать, позволяя сильнейшим естественным образом подниматься за счет рыночной динамики. Только в такой среде страна может достичь инноваций наряду с устойчивым, самостоятельным ростом.В-третьих, политикам необходимо наладить честный и непрерывный диалог между правительством и бизнесом. Это не должно делаться через бесконечные круглые столы, формальные консультации или символические хакатоны, которые производят отчеты, но не результаты.”Вместо этого следует использовать рабочие механизмы, такие как оборонные тех-кластеры, предназначенные для решения реальных проблем, постоянного содействия взаимодействию и поддержания актуального понимания того, что происходит внутри экосистемы. По необходимости это включает выявление пробелов, отсутствующих возможностей и областей, где требуется вмешательство”, – подчеркнула Ионан.В-четвертых, должен быть четкий лидер оборонных технологий – будь то человек или институт – который берет на себя ответственность, задает направление и управляет исполнением. Работающие экосистемы не возникают органично без лидерства. Без центральной силы, которая объединяет заинтересованные стороны и ускоряет принятие решений, даже самые многообещающие идеи остаются фрагментированными и недоразвитыми.Эту роль может выполнять либо государственный лидер, который берет на себя ответственность и действует как координатор и лицо, принимающее решения, либо специализированное агентство с мандатом и полномочиями двигаться быстро и эффективно по всей системе.Ранее сообщал, что танки Leopard в составе ВСУ превзошли советские. Немецкие танки не предназначались для ведения огня из закрытых позиций, но на войне в Украине все меняется. Точность немецких машин позволяет уничтожать цели всего за 3-4 выстрела, вместо 6-7 у советских аналогов.Кроме того, мы также рассказывали, что Украина перешла от “Байрактаров” к другому решению. Наша страна начала использовать другой подход – малые дроны для отдельных функций.