Преимущества от запрета «Телеграма» точно перевесили бы негатив, — Потураев

Глава комитета Верховной Рады Украины по вопросам гуманитарной и информационной политики Никита Потураев считает, что мессенджер Telegram — это угроза нацбезопасности, но это не означает автоматический его запрет.Реально ли с политической точки зрения, с технической, запретить «Телеграмм» в Украине?Telegram реально запретить. Я очень удивляюсь, когда у меня это спрашивают в стране, которая успешно запретила всевозможные российские интернет-ресурсы, и в частности социальные сети — «Одноклассники», «ВКонтакте» и так далее. Все можно заблокировать, если есть желание и соответствующее политическое решение.Кто технически должен делать? Технически это делают провайдеры. Во исполнение какого-то решения от государства. И здесь есть разные варианты. Может быть решение СНБО, может быть закон.Блокировка «Телеграмм» поможет Украине в борьбе с пропагандой страны-агрессора? Какой процент украинцев сейчас пользуются мессенджером как источником информации? У нас и «ВКонтакте» сидело 60-70% населения страны. И что? Надо было оставить как было или, может, надо вернуть «ВКонтакте»? Может, «Одноклассники» еще надо вернуть? А почему нет? Давайте зададим себе такой вопрос — у нас много людей разного возраста сидели в «Одноклассниках», общались, находили друзей по школе, а мы взяли и запретили. Это же как негуманно, да? А с чего это мы сделали?Насколько это поможет пресечь российскую пропаганду? Не будет ли она дальше лезть через TikTok, в «Фейсбуке»?Она будет лезть. Но вопрос же в том, что там не только пропаганда. В «Телеграмме» существуют диверсионные сети. Все, что мы читаем с вами, — поджоги автомобилей, наводки на цели, вербовка людей, которые, к сожалению, склонны к тому, чтобы быть завербованными, — все это происходит там. Это известно, об этом неоднократно говорили и представители СБУ, и представители ГУРа. Это же не секрет. Это экосистема.Но также там есть еще новости, официальные каналы власти и т.д. Так не лишатся ли люди таким образом простого для них доступа к новостям, каналам, информации, уведомлениям, которые также публикуются в «Телеграмме»?Ну, есть другие ресурсы. В чем проблема? Это же 21-й век, 2024-й год.А какая основная альтернатива «Телеграму»?Разные есть. Ваш сайт (, — ред.), например. Есть куча цифровых приложений. У вас стоит «Киев Цифровой»? И у меня стоит. И во многих городах Украины уже есть приложения. В чем проблема там публиковать информацию? То, что «удобно», еще не означает — «безопасно». Вот и все, собственно.Как, по вашему мнению, могли бы официальные органы власти или политики показать пример и первыми удалиться из «Телеграма»?Это так не делается. Потому что, когда у тебя минимум 70%, между 70 и 80, сидит на такой платформе, то показывать пример, — это значит, пока люди оттуда не ушли, — а они не уйдут, — как раз и означает лишить людей доступа к каналам с верифицированной информацией. То есть это безответственно.У меня нет «Телеграма». Но это не было примером для многих моих даже друзей. Поэтому здесь надо принимать решение государственное. В интересах общества и государства. Да, иногда это решения, которые не очень нравятся людям. Это правда. Сначала не очень нравятся. А потом ситуация меняется.Был у вас предыдущий важный вопрос по выходу. Эстония, например, приняла такое решение. Не по «Телеграму», а по, кажется, «ТикТоку»… А может и по «Телеграму». И там произошло следующее: все государственные органы оттуда ушли и люди остались один на один с кучей дерьма. Поэтому так нельзя делать.Относительно репутационных рисков для власти. То есть люди просто привыкнут и забудут о «Телеграм»?Я не думаю, что Петр Алексеевич Порошенко проиграл в 2019 году выборы из-за того, что запретил «ВКонтакте» и «Одноклассники» в 2016-м. Мне кажется, здесь корреляции нет. Я думаю, что он не из-за этого выборы проиграл.То есть в целом в запрете «Телеграма» польза будет преобладать над негативом?Я считаю, что преимущества от такого решения точно перевешивают негатив. Но смотрите: это как с Московской церковью. Я думаю, что оптимальный вариант, — это дать понять владельцу, владельцам этой платформы, что Украина не собирается и не будет шутить, готова принимать решения.Потому что на самом деле проблема же там не в том, кто владелец и так далее. Хотя отчасти и в этом. Проблема в том, что она не модерируется. И он (Павел Дуров, — ред.) принципиально не хочет ее модерировать. Вот в чем проблема, ее корень. Если бы они хотели, они бы чистили платформу от всевозможных помоек, — ежедневно и без проблем. Уже можно искусственный интеллект к этому подключать и это решаемая проблема.Поэтому на самом деле я не за то, чтобы его запретить. Это ошибочная история. Я считаю, что он представляет угрозу национальной безопасности, это правда. Но это не значит, что мы автоматически должны прибегать к запрету. «ВКонтакте» надо было запрещать и «Одноклассники», потому что они прямо контролировались Кремлем. По поводу этой штуки мы не можем быть уверены на 100%. Мы должны такое решение спроектировать и принять, чтобы, в частности эта сеть понимала, что если они не будут идти украинскому народу и Украинскому государству на встречу в вопросах нашей национальной безопасности, тогда мы будем их выключать. А если будут, то может и не придется.Или речь может идти не о запрете, а о дополнительном регулировании?Все просто. У нас же есть куча законов. У нас есть куча законов, которые оговаривают, что является вредным контентом. И все эти законы прошли европейскую экспертизу. У нас абсолютно прозрачная регуляция. Прозрачная, понятная, исполняемая. Что тоже очень важно.Поэтому есть критерии. По этим критериям с нами же сотрудничает корпорация Meta, по этим критериям с нами сотрудничает корпорация Alphabet. То есть я имею в виду Facebook, «Инсту», YouTube. Потому что наши критерии — общечеловеческие. И они соответствуют их политикам. И диалог есть. И когда мы говорим, что «у вас там завелась всякая русская зараза», то они это принимают во внимание и делают соответствующие чистки, зачистки. Вот и все.Дуров на днях сам рассказал, что в ближайшее время Telegram намерен ввести более жесткую модерацию и каналы связи с государственными органами стран.Посмотрим. Это не значит, что мы не должны работать над нашими собственными решениями.Но от этого также может зависеть наше решение, да?Конечно.